Это самый старый день рождения который наш мир празднует

Иосиф Бродский каждый год старался написать стихотворение к этому празднику: «Это самый старый день рождения, который наш мир празднует».

Добрый вечер! Здравствуйте, уважаемые дамы и господа! Пятница! В эфире капитал-шоу «Поле
чудес»! И как обычно, под аплодисменты зрительного зала я приглашаю в студию тройку
игроков.
А вот и задание на этот тур:

Вопрос: Иосиф Бродский каждый год старался написать стихотворение к этому празднику: «Это самый старый день рождения, который наш мир празднует».
(Слово из 9 букв)

Ответ:


Рождество

(9 букв)


Если этот ответ не подходит, пожалуйста воспользуйтесь
формой поиска.

Постараемся найти среди 775 682
формулировок по
141 989 словам
.

Оцени полезность материала:




8
 
голосов,
оценка

4.4
из
5

«У меня была идея на каждое Рождество писать по стихотворению», — признавался Иосиф Бродский. Один из самых значительных поэтов мирового масштаба создал уникальный многолетний цикл рождественских стихотворений, который не имеет аналогов в русской и зарубежной поэзии. Почему из всех евангельских сюжетов Рождество было так значимо для Бродского? Поговорим об этом в проекте «50 великих стихотворений».

Рождество

Волхвы пришли. Младенец крепко спал.
Звезда светила ярко с небосвода.
Холодный ветер снег в сугроб сгребал.
Шуршал песок. Костер трещал у входа.

Дым шел свечой. Огонь вился крючком.
И тени становились то короче,
то вдруг длинней. Никто не знал кругом,
что жизни счет начнется с этой ночи.

Волхвы пришли. Младенец крепко спал.
Крутые своды ясли окружали.
Кружился снег. Клубился белый пар.
Лежал младенец, и дары лежали.

Исторический контекст

Стихотворение Иосифа Бродского написано в 1963 году во времена так называемой хрущевской оттепели. В этот период были реабилитированы многие литераторы, а для читателей стали доступны ранее запрещенные и неизвестные произведения. Важно, что «оттепель» не означала принципиального отказа от контроля коммунистической партии за литературно-издательской деятельностью. Многие запрещенные тексты, в том числе и стихотворения Иосифа Бродского, распространялись через развивавшийся самиздат (неподцензурное производство и распространение литературы).

Иосиф Бродский - фотография 1963 года
Иосиф Бродский — фотография 1963 года

В конце 1950-х — начале 1960-х гг. руководители КПСС провели ряд встреч с различными творческими объединениями и интеллигенцией. Так, в марте 1963 года Хрущев резко выступил против поэтов и художников, чье творчество не отвечало социальным запросам и, следовательно, не приносило пользы государству. К примеру, «бесполезным» автором был объявлен молодой поэт Иосиф Бродский. Формально его осудили не за литературную деятельность: поэт был арестован, обвинен в тунеядстве и отправлен в ссылку. Однако именно эти события стали одними из ключевых в творческой биографии Бродского.

Автор

Иосиф Александрович Бродский (1940–1996) — не только один из самых популярных русскоязычных поэтов, но и крупная фигура в мировой литературе. Его стихи переведены на множество языков, его поэтической манере подражают, а тексты разбирают на цитаты.

Иосиф Бродский — 1 января 1965 года (Волхвы забудут адрес твой…)

Бродский родился в Ленинграде. Мать будущего поэта была бухгалтером, отец — фотожурналистом. В 1955 году, окончив только восемь классов, Бродский пошел работать. Он сменил целый ряд профессий: работал фрезеровщиком, кочегаром, санитаром, матросом на маяке, участвовал в геологических экспедициях в Якутии, в Казахстане, на Тянь-Шане. Одновременно Бродский изучал польский и английский языки, занимался переводами.

Иосиф Бродский (портрет у окна с видом на Спасо-Преображенский собор). 1956 г.
Иосиф Бродский (портрет у окна с видом на Спасо-Преображенский собор). 1956 г.

Первые стихи он начал писать в 1957 году. Вскоре Бродский познакомился с Анной Ахматовой, которая высоко оценила его талант.

К началу 1960-х гг. слава Бродского-поэта стремительно растет, его имя становится знаковым в литературной среде (особенно в ее неофициальных кругах).

Вольность его стихов, противостояние обыденности, подчеркнутая аполитичность — все это побудило власть настороженно относиться к поэту. Писатель Сергей Довлатов так описал это явление: «Бродский создал неслыханную модель поведения. Он жил не в пролетарском государстве, а в монастыре собственного духа. Он не боролся с режимом. Он его не замечал. И даже нетвёрдо знал о его существовании».

Иосиф Бродский - фотография времен ссылки
Иосиф Бродский — фотография времен ссылки

В марте 1963 года состоялись чрезвычайно конфликтные встречи Хрущева с интеллигенцией. Ленинградские власти решили бороться с неблагонадежными представителями творческих профессий. В 1964 году одним из первых попал под удар Иосиф Бродский: он был обвинен в тунеядстве, несмотря на то, что к тому времени успел потрудиться в разных местах. Все его попытки заявить о себе как о профессиональном литераторе натыкались на формальные претензии суда.

Когда его спросили, кто причислил его к поэтам — ведь он не обучался этому в вузе, Бродский сказал: «Я не думал, что это дается образованием». «Тогда чем же?» — спросил судья. Арестованный ответил: «Я думаю, это от Бога».

Бродского сослали в Архангельскую область, в деревню Норенскую. Официально его не печатали. Произведения поэта распространялись только через самиздат. Это способствовало усилению внимания к его творчеству. Недаром великая Анна Ахматова заметила по поводу ссылки Бродского: «Какую биографию делают нашему рыжему».

Бродский (справа) около гроба Анны Ахматовой. 1966 г.
Бродский (справа) около гроба Анны Ахматовой. 1966 г.

В 1965 году, пока Бродский находился в ссылке, за границей вышла его первая книга «Стихотворения и поэмы». Чуть позже, благодаря заступничеству все той же Ахматовой, Шостаковича, Чуковского, Маршака и многих других известных деятелей культуры, пятилетний срок ссылки Бродского был сокращен, и поэта освободили. Однако свободно заниматься литературой он не мог. В 1972 году он был вынужден покинуть страну.

Бродский в аэропорту «Пулково» в день эмиграции - 4 июня 1972 г.
Бродский в аэропорту «Пулково» в день эмиграции — 4 июня 1972 г.

С этих пор поэт жил и в США — он преподавал русскую литературу, выпускал поэтические сборники. В 1987 году Иосиф Бродский получил Нобелевскую премию по литературе «за всеохватное авторство, исполненное ясности мысли и поэтической глубины». Бродский стал одним из самых молодых лауреатов главной литературной премии (он был удостоен ее в 47 лет) и пятым русским писателем, которому досталась награда имени Альфреда Нобеля.

О религиозности Бродского

Так как речь пойдет об уникальном рождественском цикле стихотворений, неизбежно встает вопрос о религиозности Иосифа Бродского.

Церковным человеком поэт не был, но испытывал огромный интерес к религии, особенно к христианской. За год до своего ареста, в 23 года, он прочел Библию.

Личность и подвиг Иисуса Христа поражали и восхищали поэта…

Библейские образы, сюжеты, мотивы часты для его лирики. Но полностью посвящены этой теме только несколько стихотворений: «Исаак и Авраам» (1963 ) — единственное стихотворение, написанное Бродским на ветхозаветную тему, «Сретение» (1972), посвященное памяти Анны Ахматовой, и цикл «Рождественские стихи», аналога которому нет во всей мировой литературе.

Произведение

Стихотворение «Рождество» (1963) входит в авторский цикл Бродского «Рождественские стихи», включающий 23 поэтических текста.

Сам поэт говорил: «У меня была идея в свое время, когда мне было 24-25 лет, на каждое Рождество писать по стихотворению». Эту идею Бродский воплотил в жизнь.

Иосиф Бродский — В Рождество все немного волхвы (1972)

Первым стихотворением цикла стал «Рождественский романс» (1962 год). В течение 10 лет (до 1972 года — года вынужденной эмиграции) Бродский регулярно писал рождественские стихи. Затем последовал перерыв. Рождественская тема вернулась в его творчество в 1987 году (год вручения Бродскому Нобелевской премии). С этих пор и до своей смерти в 1996 году поэт ежегодно создавал новые рождественские стихи. Последнее стихотворение «Бегство в Египет» было написано за месяц до смерти.

Герард Давид. Поклонение волхвов. 1515—1523 гг. Лондонская национальная галерея, Лондон
Герард Давид. Поклонение волхвов. 1515—1523 гг. Лондонская национальная галерея, Лондон

В интервью «Рождество: точка отсчета», которое Бродский дал в эмиграции журналисту Петру Вайлю, он рассказал о появлении первых рождественских стихотворений: «Все началось даже не с религиозных чувств, не с Пастернака или Элиота, а именно с картинки “Поклонение волхвов”». Эту картинку Бродский вырезал из одного польского журнала: «Я приклеил ее над печкой и смотрел довольно часто по вечерам <…> смотрел-смотрел и решил написать стихотворение с этим самым сюжетом».

Именно под впечатлением от этой картинки с евангельским сюжетом появилось стихотворение «Рождество» (1963).

Самиздатовское собрание стихотворений Иосифа Бродского, составленное Владимиром Марамзиным
Самиздатовское собрание стихотворений Иосифа Бродского, составленное Владимиром Марамзиным

Здесь Бродский не выходит за рамки рождественского сюжета, строго следует библейскому повествованию. Он не стремится выразить личное, отношение к этой истории, а показывает значимость события Рождества Иисуса Христа для всего человечества. Здесь он творит в русле традиций литургической поэзии, гимнографии, т. е. отказывается от выражения и описания собственных мыслей и стремится передать атмосферу великой ночи Рождества, с которой начался «новый счет жизни».

Обложка книжного обозрения «New York Times», посвященного Иосифу Бродскому.
Обложка книжного обозрения «New York Times», посвященного Иосифу Бродскому.

«В конце концов, что есть Рождество? День рождения Богочеловека. И человеку не менее естественно его справлять, чем свой собственный. <…> Каждый год к Рождеству <…> я стараюсь написать стихотворение для того, чтобы <…> поздравить Иисуса Христа с днем рождения. Это самый старый день рождения, который наш мир празднует», — говорил Бродский о великом празднике.

В мировой поэзии нет аналогов «Рождественским стихам» Бродского

Аналогов уникального рождественского цикла Бродского в мировой поэзии не найти. Однако существовало несколько поэтических предпосылок, которые стали отправной точкой для «Рождественских стихов».

Во-первых, это евангельские стихи Бориса Пастернака, включенные в его роман «Доктор Живаго». Хоть Бродский сам и не отмечает влияние Пастернака на свои рождественские стихи, схожие мотивы и образы легко отыскиваются и читателями, и литературоведами.

Английский поэт Джон Донн (1572-1631) - один из самых любимых авторов Бродского
Английский поэт Джон Донн (1572-1631) — один из самых любимых авторов Бродского

Во-вторых, у английского поэта XVII века Джона Донна есть венок религиозно-философских сонетов, в которых последовательно излагается жизнь Христа. Донн был одним из любимых поэтов Бродского, стихи которого он переводил и которому посвятил свою знаменитую «Большую элегию Джону Донну» (1963), где использует прием гипнотизирующего причисления предметов, вводящего читателя в состояние дремоты:

Повсюду ночь: в углах, в глазах, в белье,
среди бумаг, в столе, в готовой речи,
в ее словах, в дровах, в щипцах, в угле
остывшего камина, в каждой вещи.

В камзоле, башмаках, в чулках, в тенях,
за зеркалом, в кровати, в спинке стула,
опять в тазу, в распятьях, в простынях,
в метле у входа, в туфлях. Все уснуло.

Уснуло все. Окно. И снег в окне.

Бродский признавался, что многому научился у Донна и его цикла сонетов о жизни Христа: «Мне ужасно понравился этот перевод небесного на земной… то есть перевод явлений бесконечных в язык конечный». Рождественские стихи Иосифа Бродского — еще один прекрасный пример такого перевода.

Отсылки к Библии

В своем стихотворении Иосиф Бродский описывает один из значимых эпизодов истории о Рождестве Иисуса — поклонение волхвов.

Волхвами называли восточных мудрецов, жрецов, занимавшихся наблюдениями за небесными светилами. Однажды волхвы заметили на небе необычную звезду. Они знали о древнем пророчестве: вскоре должен явиться миру Спаситель, о рождении Которого возвестит появление удивительной яркой звезды. И, когда звезда засияла на небосводе, волхвы, следуя за ней, отправились в путь, чтобы увидеть Сына Божия и поклониться Ему.

Звезда привела мудрецов в город Вифлеем, где Иисус находился вместе с Богоматерью и Иосифом Обручником. Волхвы «пав, поклонились Ему; и, открыв сокровища свои, принесли Ему дары: золото, ладан и смирну» (Мф 2:11). Каждый из даров имел символическое значение.

foto-darov-volhvov

Золото было поднесено Иисусу как Царю Иудейскому. Такой драгоценный подарок указывал на то, что Младенец рожден, чтобы быть Царем.

Второй дар, ладан, был подарен Младенцу как Богу. Ладан — ценная ароматическая древесная смола, которая традиционно используется в религиозных обрядах.

Третий дар, смирна — это дорогое благовоние, применявшееся для бальзамирования тел при погребении. Смирна была поднесена Иисусу как Спасителю, Который стал Сыном Человеческим и Которому были предречены «многие страдания и погребение».

Согласно преданиям, дары волхвов Богоматерь бережно хранила всю жизнь. Перед Своим Успением Она передала их Иерусалимской Церкви. Позже дары волхвов были перенесены в Константинополь, где их поместили в храме Святой Софии, а в XV веке дары волхвов попали на Афон, в монастырь Святого Павла, где хранятся более 500 лет. Золото представляет собой двадцать восемь небольших пластинок различной формы с разнообразным орнаментом. Ладан и смирна хранятся в виде небольших шариков, которых насчитывается около семидесяти.

Непонятные слова

Волхвы — мудрецы, обладавшие обширными знаниями тайных сил природы, занимавшиеся наблюдением за небесными светилами.

Читайте также:

50 великих стихотворений. Иннокентий Анненский. «В небе ли меркнет звезда…»

50 великих стихотворений. Александр Галич. Псалом

50 великих стихотворений. Александр Блок. Успение

“Волхвы пришли. Младенец крепко спал. Звезда светила ярко с небосвода”.  Кого Иосиф Бродский считал своим учителем, как рождался один из самых необычных поэтических циклов — вспомним в день смерти поэта.

1. Своим учителем Иосиф Бродский считал англо-американского поэта Уистена Хью Одена.

В марте 1939 года Оден произнес фразу, ставшую вскоре афоризмом: «Poetry makes nothing happen». Эти слова можно перевести с разными оттенками: «Поэзия последствий не имеет», «Ничего в результате поэзии не происходит», даже просто «Ничего поэзия не делает!». Вслед за своим ментором Иосиф Бродский в поэзии видел не способ диалога с обществом, не трибуну для ярких лозунгов, а единственно возможную для себя форму жизни. «Если поэзия и была для него когда-нибудь вопросом амбиций, он прожил достаточно долго, чтобы она стала просто способом существования. – писал Бродский об Одене. –  Отсюда его независимость, здравомыслие, уравновешенность, ирония, отстраненность, словом, мудрость». Эти слова вполне приложимы и к самому Бродскому. «Все стихи мира и в мире не спасли ни одного еврея от газовой камеры», — заметил Оден после окончания Второй мировой. Бродский, принципиально не споря с этим тезисом и не приписывая «общественной» нагрузки поэзии, смысл ее видел главным образом в охране и поддержании душевного здоровья: «Читать [Одена] – это один из, а, возможно, единственный способ почувствовать себя человеком достойным».

Уистен Хью Оден

2. Бродский впервые открыл Библию в двадцать три года

Погрузился в Вечную Книгу со свойственной ему скрупулезностью – и написал два рождественских стихотворения – «Спаситель родился в лютую стужу» и «Волхвы пришли. Младенец крепко спал». Так родился его рождественский цикл.

Иосиф Бродский на балконе квартиры в доме Мурузи, 1956
Фото: petersburglike.ru

3. Ничего подобного рождественскому циклу Бродского в мировой поэзии нет

Но можно отметить несколько «предпосылок», под впечатлением от которых этот цикл создавался. Прежде всего, это евангельские стихи Бориса Пастернака, вошедшие в его роман «Доктор Живаго». «У меня была идея в свое время, когда мне было 24 – 25 лет… на каждое Рождество писать по стихотворению… – говорил Бродский. – … Если хотите, это опять связано с Пастернаком. После его «стихов из романа» масса русской интеллигенции, особенно еврейские мальчики, очень воодушевились новозаветными идеями… за этим стоит совершенно замечательное культурное наследие… К этому можно еще добавить, что художественное произведение мешает вам удержаться в доктрине, в той или иной религиозной системе, потому что творчество обладает колоссальной центробежной энергией и выносит вас за пределы, скажем, того или иного религиозного радиуса. Простой пример: “Божественная комедия”, которая куда интереснее, чем то же самое у отцов церкви. То есть Данте сознательно удерживает себя в узде доктрины, но в принципе, когда вы пишете стихотворение, вы очень часто чувствуете, что можете выйти за пределы религиозной доктрины…». Во-вторых, значительное влияние на Бродского оказало творчество английского поэта XVII века Джона Донна. Бродский любил его поэзию, переводил на русский язык и даже посвятил ему свою знаменитую «Большую элегию Джону Донну» (1963). Бродский признавался, что многое почерпнул из цикла сонетов о жизни Христа, написанного Донном: «Мне ужасно понравился этот перевод небесного на земной… то есть перевод явлений бесконечных в язык конечный». Рождественские стихи Бродского с их совершенно обаятельной и уместной бытовой прорисованностью также переводят евангельский сюжет из категории неотмирной возвышенности в глубоко личное, даже родное событие.

4. В рождественский цикл вошло двадцать одно стихотворение

Временами стихи появлялись каждый год, временами рождественская тема не возникала много лет. Например, с 1972 года по декабрь 1980-го, с 1980-го по 1987-ой годы стихов, посвященных Рождеству, не было. С 1988 по 1995 они появлялись регулярно. В этом цикле так или иначе в отражается вся жизнь автора – его радости и горести, печали, разочарования и победы, ужас оставленности и одиночества, ссылка, травля, вынужденный отъезд в США, премия за лучшую прозу в Америке, Нобелевская премия, звание Поэта-Лауреата США.

Фото: auction.ru

5. Почему такое пристальное внимание поэта было приковано именно к Рождеству Христову?

В интервью Петру Вайлю Бродский объяснял: «Рождество: точка отсчета»: «Прежде всего это праздник хронологический, связанный с определенной реальностью, с движением времени. В конце концов, что есть Рождество? День рождения Богочеловека. И человеку не менее естественно его справлять, чем свой собственный». И далее он продолжает: «Каждый год к Рождеству <…> я стараюсь написать стихотворение для того, чтобы <…> поздравить Иисуса Христа с днем рождения. Это самый старый день рождения, который наш мир празднует».

6. Отдельной книгой рождественские стихи были изданы в Москве, в 1993 году

Даря книжку знакомым, Бродский подписывал ее: «От христианина-заочника». «Независимо от степени и характера религиозности в стихах Бродского, одно несомненно – именно он возвратил в русскую поэзию исчезнувший было из нее метафизический дискурс», – отмечал Л. Лосев. «Юный Бродский, не принадлежа ни к какой религии и не имея даже начатков религиозного воспитания, оперирует понятиями „душа“ и „Бог“, принимая религиозное мировоззрение, так сказать, „от противного“, поскольку атеизм для него неотделим от советского политического режима», – писал Лосев.

7. К первым рождественским стихам Бродского подтолкнула картинка

Поэт рассказывал: «Первые рождественские стихи я написал, по-моему, в Комарово. Я жил на даче. ( … ) И там из польского журнальчика – по-моему, «Пшекруя» – вырезал себе картинку. Это было «Поклонение волхвов», не помню автора. Я приклеил ее над печкой и смотрел довольно часто по вечерам. ( … ) Я смотрел-смотрел и решил написать стихотворение с этим сюжетом. То есть, – продолжает И. Бродский, – началось все не с религиозных чувств, не с Пастернака или Элиота, именно с картинки». Вот эти стихи:

Рождество 1963 года

Спаситель родился

в лютую стужу.

В пустыне пылали пастушьи костры.

Буран бушевал и выматывал душу

из бедных царей, доставлявших дары.

Верблюды вздымали лохматые ноги.

Выл ветер.

Звезда, пламенея в ночи,

смотрела, как трех караванов дороги

сходились в пещеру Христа, как лучи.

Рождество 1963

Волхвы пришли. Младенец крепко спал.

Звезда светила ярко с небосвода.

Холодный ветер снег в сугроб сгребал.

Шуршал песок. Костер трещал у входа.

Дым шел свечой, Огонь вился крючком.

И тени становились то короче,

то вдруг длинней. Никто не знал кругом,

что жизни счет начнется с этой ночи.

Волхвы пришли. Младенец крепко спал.

Крутые своды ясли окружали.

Кружился снег. Клубился белый пар.

Лежал младенец и дары лежали.

В этих кратких строках поэт словно растворяется, исчезает – его место занимает свидетель описываемых событий. Повествование из художественного становится документальным: верблюды с лохматыми ногами, бушующий буран, цари, звезда, пещера, младенец – все это мы видим глазами очевидца и сами становимся частью этого события.

Фото: auction.ru

8. Тунеядец в тылу пролетариата

С началом весны 1963 года наступило резкое похолодание внутри уже разошедшейся вовсю политической оттепели. Никите Сергеевичу вдруг показалось, что гайки как-то недостаточно закручены и пора бы вернуть некоторых ненадежных деятелей искусства в русло классовой идеологии. Одной из первых жертв «культурных репрессий» стал Иосиф Бродский. Обвинили его предсказуемо в тунеядстве, хотя справедливости ради поэт к тому времени честно перепробовал множество трудовых профессий. Заявить о себе как о профессиональном литераторе он тоже не смог. Судебную комиссию интересовало, на каком основании он считает себя поэтом, если даже бумаги, удостоверяющей получение соответствующего образования в ВУЗе, у него не имеется. Бродский возразил: «Я не думал, что это дается образованием». «Тогда чем же?» — недоумевал судья. Бродский ответил честно: «Я думаю, это от Бога».

9. Уникальное переживание Рождества

«Если искусство чему-то и учит (и художника — в первую голову), то именно частности человеческого существования (…). Оно вольно или невольно поощряет в человеке именно его ощущение индивидуальности, уникальности, отдельности — превращая его из общественного животного в личность», — сказал Бродский в своей знаменитой нобелевской речи. Несомненно, в его «Рождественских стихах» особенную ценность представляет как раз личный, а значит, — особый взгляд на давно известные всем события. Поэтому когда поэту грустно, неуютно в мире – и стихи о Рождестве получаются не торжественно-гимнографическими, а печальными и даже горькими. Таким стало стихотворение «1 января 1965 года», написанное в ссылке:

Волхвы забудут адрес твой.

Не будет звезд над головой.

И только ветра сиплый вой

расслышишь ты, как встарь.

Первая строка, конечно, весьма вольная для ортодоксального христианина. Но постепенно все меняется.

Что это? Грусть? Возможно, грусть.

Напев, знакомый наизусть.

Он повторяется. И пусть.

Пусть повторится впредь.

Пусть он звучит и в смертный час,

как благодарность уст и глаз

тому, что заставляет нас

порою вдаль смотреть.

Но чудо есть чудо. И оно совершается даже сквозь грусть и тоску:

И, взгляд подняв свой к небесам,

ты вдруг почувствуешь, что сам

– чистосердечный дар.

10. «24 декабря 1971 года» стало последним рождественским стихотворением, написанным Бродским на Родине

Советские реалии, в которых трудовой народ, напрочь игнорируя Рождество, все мысли сосредотачивает на праздновании Нового года, смешиваются в стихотворении с событиями первого века:

В Рождество все немного волхвы.

В продовольственных слякоть и давка.

Из-за банки кофейной халвы

производит осаду прилавка

грудой свертков навьюченный люд:

каждый сам себе царь и верблюд.

Сетки, сумки, авоськи, кульки,

шапки, галстуки, сбитые набок.

Запах водки, хвои и трески,

мандаринов, корицы и яблок.

Хаос лиц, и не видно тропы

в Вифлеем из-за снежной крупы.

И пусть праздная суета буквально поглощает все и вся, чудо снова совершается несмотря ни на что – не как награда, но как дар:

Пустота. Но при мысли о ней

видишь вдруг как бы свет ниоткуда.

Знал бы Ирод, что чем он сильней,

тем верней, неизбежнее чудо.

Постоянство такого родства –

основной механизм Рождества.

Приходит живое осознание присутствия Вечности:

Но когда на дверном сквозняке

из тумана ночного густого

возникает фигура в платке.

И Младенца, и Духа Святого

ощущаешь в себе без стыда:

Смотришь в небо и видишь – звезда.

В мае 1972 года Иосифа Бродского поставили перед выбором: немедленная эмиграция или «горячие денёчки». Поэт выбрал первый путь.

Фото: auction.ru

11. Первые 15 лет, проведенные в изгнании, Бродский не касался рождественской темы в своей поэзии

Она вернулась лишь в 1987 году (год вручения Бродскому Нобелевской премии «за всеобъемлющее творчество, проникнутое ясностью мысли и поэтической интенсивностью») С этого времени стихотворения в канун Рождества Христова стали появляться каждый год. В «Рождественской звезде» поэт возвращается к той мысли, которой окончился петербургский период: «…звезда смотрела в пещеру. И это был взгляд Отца». Каждое последующее стихотворение раскрывало тему прихода Спасителя в мир как бы с новой стороны: появляются мотивы победы христианства на земле («Бегство в Египет», 1988), страдания и неизбежности креста («Колыбельная», 1992), любви и умиротворения («Не важно, что было вокруг…», 1990), вечной жизни («В воздухе – сильный мороз и хвоя», 1994). 

12. Последнее рождественское стихотворение «Бегство в Египет» было написано Иосифом Бродским в декабре 1995 года – за месяц до смерти

Оно стало своеобразным итогом всего, что поэт написал на эту тему. Это своего рода его последний поэтический рождественский выдох – или наоборот вдох, полный жизни, веры и ощущения личной причастности к ключевому событию мировой истории.

В пещере (какой ни на есть, а кров!

Надёжней суммы прямых углов!),

В пещере им было тепло втроём;

пахло соломою и тряпьём.

Соломенною была постель.

Снаружи молола песок метель.

И, припоминая его помол, 

спросонья ворочались мул и вол.

Мария молилась; костёр гудел.

Иосиф, насупясь, в огонь глядел.

Младенец, будучи слишком мал,

чтоб делать что-то ещё, дремал.

Ещё один день позади — с его

тревогами, страхами; с «о-го-го»

Ирода, выславшего войска;

и ближе ещё на один — века.

Спокойно им было в ту ночь втроём.

Дым устремлялся в дверной проём,

чтоб не тревожить их. Только мул

во сне (или вол) тяжело вздохнул.

Звезда глядела через порог.

Единственным среди них, кто мог

знать, что взгляд её означал,

был Младенец; но он молчал.

Поскольку вы здесь…

У нас есть небольшая просьба. Эту историю удалось рассказать благодаря поддержке читателей. Даже самое небольшое ежемесячное пожертвование помогает работать редакции и создавать важные материалы для людей.

Сейчас ваша помощь нужна как никогда.

7 января 2024

Иосиф Бродский. Рождественские стихи
Кирилл Солдатов, труба
Читает Владимир Кошевой

  • Продолжительность

    90 минут без антракта

  • Программа

    Прозвучит музыка Монтеверди, Телемана, Баха, Скрябина, Дунаевского, Альбинони,
    Дэвиса, Паулса, Вивальди, Арлена
     
    В программе возможны изменения

Музыкально-поэтический спектакль

Режиссёр-постановщик – Михаил Елисеев
Видеограф – Надежда Бушуева

«Каждый год к Рождеству я стараюсь написать стихотворение для того, чтобы поздравить Иисуса Христа с днем рождения. Это самый старый день рождения, который наш мир празднует. Прежде всего, это праздник хронологический, связанный с определенной реальностью, с движением времени. В конце концов, что есть Рождество? День рождения Богочеловека. И человеку не менее естественно его справлять, чем свой собственный», – так писал Иосиф Бродский о своих рождественских стихах.

«Поэзия Бродского интеллектуальна и многослойна. Он мастерски жонглирует и вневременными религиозными сюжетами, и повседневными мыслями. Здесь нет случайного знака препинания, нет случайного слова, придуманного для красоты. И моя задача как артиста – дать подсказку слушателю, раскрыть для него всю глубину мысли поэта», – считает актер театра и кино Владимир Кошевой.

В его исполнении главный герой спектакля – это еще один свидетель таинства: он словно евангельский волхв в ожидании Рождества, здесь и сейчас, «наедине со всеми». Соло трубы (Кирилл Солдатов), сопровождающее поэтические строки, становится знаком чуда – благой вести о главном событии в истории человечества.

По словам режиссера постановки Михаила Елисеева, «обращение к «Рождественским стихам» Бродского – это уникальная возможность погрузиться в таинственный круг евангельских образов: дитя, отец, мать, волхв, пастух, Сын и Бог. И трактуя слова Христа “блажен тот, кто не соблазниться о Мне” (Мф.11:6), вернуться, сделав круг, к себе самому».

  • Владимир Кошевой

    Родился 1 сентября 1976 года в Риге (Латвия). С 1993 по 1996 годы – студент Военного Университета (Москва). В 1999 году закончил факультет журналистики МГУ им. Ломоносова.
    В 2002 году закончил РАТИ (ГИТИС) курс М.В. Скандарова. Владимир Кошевой стал широко известен после экранизации романа Ф.М. Достоевского «Преступление и наказание» (режиссер – Д. Светозаров, 2007), где исполнил главную роль – Родиона Раскольникова. На экране и театре Кошевой также играл Феликса Юсупова, Велимира Хлебникова, Николая Гумилёва, Василия Каменского и многие другие.

    Владимир Кошевой играет спектакли в Александринском театре,  Большом драматическом театре им. Г.А. Товстоногова, Большом театре России и в Театре Наций,  выступает с концертными программами, записывает музыкальные треки на стихи русских поэтов, озвучивает мультфильмы, аудио книги, снимается в документальных проектах.

  • Кирилл Солдатов

    Кирилл Солдатов родился 1986 году в Москве в семье музыкантов. Начал играть на блок-флейте в 4 года (класс Ю. Грамши, ДМШ им. И. Табакова). Обучался игре на трубе в школе при Институте им. Ипполитова-Иванова и МССМШ им. Гнесиных, а затем в Российской Академии музыки им. Гнесиных (класс проф. В.И.Пушкарева). Уже в школьные годы зарекомендовал себя как яркий солист во время выступлений с различными оркестрами в России и за рубежом, за этот период, многократно участвовал в конкурсах и фестивалях таких, как «Молодые звезды» (Таллинн, Эстония), «Классическое наследие» (Москва), 3-я Артиада России, «Искусство юных» (Москва), «Молодые таланты России» и т.д. В период обучения Кирилл становится обладателем премии Президента РФ Б.Н. Ельцина, гранта фонда «Русское исполнительское искусство», а также стипендиатом фондов «Новые Имена», «Международный благотворительный фонд В. Спивакова», «Святыни России». Огромную поддержку молодому музыканту оказал Владимир Спиваков и его Международный благотворительный фонд. С 17 лет Кирилл Солдатов является солистом Национального филармонического оркестра России под управлением В. Спивакова. Он стал самым молодым музыкантом в истории оркестра, назначенным на эту должность. В настоящее время помимо работы в оркестре Кирилл выступает по всему миру с сольными программами вместе с ведущими российскими и зарубежными оркестрами. Сотрудничает с выдающимися дирижёрами нашего времени, в том числе с В. Спиваковым, И. Марином, Ю. Башметом, М. Венгеровым, С. Сондецкисом, К. Орбеляном и др. В 2008 году принял участие в международном фестивале Дениса Мацуева Crescendo-2008 в Иркутске. Современные российские композиторы нередко доверяют Кириллу Солдатову первое исполнение своих произведений с партией трубы соло. Среди них – М. Броннер, А. Самонов, О. Облов, А. Азарян. В 2006 году музыкант участвовал в премьере «Боярыни Морозовой» Р. Щедрина – хоровой оперы для солистов, смешанного хора, трубы, литавр и ударных. С 2008 года Кирилл Солдатов также является солистом Брасс-квинтета Национального филармонического оркестра России. Ансамбль с успехом гастролирует на ведущих концертных площадках России и Европы и участвует в престижных фестивалях, среди них – фестивали «Возвращение», Brass Days (Москва), «Брасс-вечера в Мариинском» (Санкт-Петербург), Международный фестиваль В. Спивакова в Кольмаре (Франция) и др. С 2014 года преподаёт по классу трубы в МССМШ имени Гнесиных.

  • Продолжительность

    90 минут без антракта

  • Программа

    Прозвучит музыка Монтеверди, Телемана, Баха, Скрябина, Дунаевского, Альбинони,
    Дэвиса, Паулса, Вивальди, Арлена
     
    В программе возможны изменения

Рождество… Рождество, самый радостный детский Праздник, совсем не нуждается в лишних словах… Больше, чем сказано в Евангелии и того, что совершается в каждом сердце, не скажешь и не произойдет…

Но тем не менее нам, людям великой русской культуры, так приятно оглянуться вокруг себя и тихонько подсмотреть, а как этот самый детский Праздник — Рождество — откликался в сердцах наших со-Отечественников…

Подсмотрим?

Заранее оговоримся, что на хронологию ориентироваться не будем — не наша задача сейчас.

Александр Вертинский в 1934 году, будучи в эмиграции, в Париже, пишет проникновенное стихотворение, которое вскоре споёт и споёт удивительно! К слову, Вертинский вернётся в Россию почти через 10 долгих лет, а Рождество «вернётся» в Россию и того позже…

Рождество

Рождество в стране моей родной,

Синий праздник с дальнею звездой,

Где на паперти церквей в метели

Вихри стелют ангелам постели.

С белых клиросов взлетает волчий вой…

Добрый праздник, старый и седой.

Мертвый месяц щерит рот кривой,

И в снегах глубоких стынут ели.

Рождество в стране моей родной.

Добрый дед с пушистой бородой,

Пахнет мандаринами и елкой

С пушками, хлопушками в кошелке.

Детский праздник, а когда-то мой.

Кто-то близкий, теплый и родной

Тихо гладит ласковой рукой.

. . . . . . . . . . .

Время унесло тебя с собой,

Рождество страны моей родной.

1934, Париж

Стихотворения Афанасия Фета можно сравнить с акварелью — так они нежны и легки. Из середины далёкого 19 века — почти 200 лет назад! — как же звонко оно звучит! Не время спешки, не время суеты… Время замереть, ощутив свершившееся Чудо…

Ночь тиха. По тверди зыбкой

Звезды южные дрожат.

Очи Матери с улыбкой

В ясли тихие глядят.

Ни ушей, ни взоров лишних,

Вот пропели петухи,

И за ангелами в вышних

Славят Бога пастухи.

Ясли тихо светят взору,

Озарен Марии лик.

Звездный хор к иному хору

Слухом трепетным приник,

И над Ним горит высоко

Та звезда далеких стран:

С ней несут цари Востока

Злато, смирну и ладан.

1842 г.

Саша Черный многим известен как детский поэт, хотя своих детей у него не было. Да и такое ли уж детское это стихотворение?..

Рождественское

В яслях спал на свежем сене

Тихий крошечный Христос.

Месяц, вынырнув из тени,

Гладил лен Его волос…

Бык дохнул в лицо Младенца

И, соломою шурша,

На упругое коленце

Засмотрелся, чуть дыша.

Воробьи сквозь жерди крыши

К яслям хлынули гурьбой,

А бычок, прижавшись к нише,

Одеяльце мял губой.

Пес, прокравшись к теплой ножке,

Полизал ее тайком.

Всех уютней было кошке

В яслях греть Дитя бочком…

Присмиревший белый козлик

На чело Его дышал,

Только глупый серый ослик

Всех беспомощно толкал:

«Посмотреть бы на Ребенка

Хоть минуточку и мне!»

И заплакал звонко-звонко

В предрассветной тишине…

А Христос, раскрывши глазки,

Вдруг раздвинул круг зверей

И с улыбкой, полной ласки,

Прошептал: «Смотри скорей!»

1920 г.

Иосиф Бродский однажды решил, что каждое Рождество будет писать по стихотворению. «Каждый год к Рождеству… я стараюсь написать стихотворение для того, чтобы…поздравить Иисуса Христа с днем рождения.

Это самый старый день рождения, который наш мир празднует.» Стихотворение 1987 года открывает вторую часть рождественских стихотворений, возобновленных после 15-летнего перерыва в год получения Бродским Нобелевской премии.

Рождественская звезда

В холодную пору, в местности, привычной скорей к жаре,

чем к холоду, к плоской поверхности более, чем к горе,

младенец родился в пещере, чтоб мир спасти:

мело, как только в пустыне может зимой мести.

Ему все казалось огромным: грудь матери, желтый пар

из воловьих ноздрей, волхвы — Балтазар, Гаспар,

Мельхиор; их подарки, втащенные сюда.

Он был всего лишь точкой. И точкой была звезда.

Внимательно, не мигая, сквозь редкие облака,

на лежащего в яслях ребенка издалека,

из глубины Вселенной, с другого ее конца,

звезда смотрела в пещеру. И это был взгляд Отца.

24 декабря 1987 г.

Завершить небольшую, очень небольшую, подборку стихотворений русских поэтов о Рождестве хотелось бы стихотворением Бориса Пастернака.

Больше семидесяти лет назад, в канун нового 1949 года, люди передавали друг другу переписанное от руки стихотворение.  Оно одаривало читателя так нужной в те тяжёлые послевоенные годы радостью и надеждой… Оно будто гладило ладонью по голове — как бабушки гладили нас в детстве, когда мы горько плакали: «Господь с тобой… Господь с тобой…»

Елки уже были разрешены (еще в середине 1930-х годов), но ничто не должно было напоминать о Рождестве… А Пастернак возвращал его и взрослым, и детям…

Рождественская звезда

Стояла зима.

Дул ветер из степи.

И холодно было Младенцу в вертепе

На склоне холма.

Его согревало дыханье вола.

Домашние звери

Стояли в пещере,

Над яслями теплая дымка плыла.

Доху отряхнув от постельной трухи

И зернышек проса,

Смотрели с утеса

Спросонья в полночную даль пастухи.

Вдали было поле в снегу и погост,

Ограды, надгробья,

Оглобля в сугробе,

И небо над кладбищем, полное звезд.

А рядом, неведомая перед тем,

Застенчивей плошки

В оконце сторожки

Мерцала звезда по пути в Вифлеем.

Она пламенела, как стог, в стороне

От неба и Бога,

Как отблеск поджога,

Как хутор в огне и пожар на гумне.

Она возвышалась горящей скирдой

Соломы и сена

Средь целой вселенной,

Встревоженной этою новой звездой.

Растущее зарево рдело над ней

И значило что-то,

И три звездочета

Спешили на зов небывалых огней.

За ними везли на верблюдах дары.

И ослики в сбруе, один малорослей

Другого, шажками спускались с горы.

И странным виденьем грядущей поры

Вставало вдали все пришедшее после.

Все мысли веков, все мечты, все миры,

Все будущее галерей и музеев,

Все шалости фей, все дела чародеев,

Все елки на свете, все сны детворы.

Весь трепет затепленных свечек, все цепи,

Все великолепье цветной мишуры…

… Все злей и свирепей дул ветер из степи…

… Все яблоки, все золотые шары.

Часть пруда скрывали верхушки ольхи,

Но часть было видно отлично отсюда

Сквозь гнезда грачей и деревьев верхи.

Как шли вдоль запруды ослы и верблюды,

Могли хорошо разглядеть пастухи.

— Пойдемте со всеми, поклонимся чуду, —

Сказали они, запахнув кожухи.

От шарканья по снегу сделалось жарко.

По яркой поляне листами слюды

Вели за хибарку босые следы.

На эти следы, как на пламя огарка,

Ворчали овчарки при свете звезды.

Морозная ночь походила на сказку,

И кто-то с навьюженной снежной гряды

Все время незримо входил в их ряды.

Собаки брели, озираясь с опаской,

И жались к подпаску, и ждали беды.

По той же дороге чрез эту же местность

Шло несколько ангелов в гуще толпы.

Незримыми делала их бестелесность,

Но шаг оставлял отпечаток стопы.

У камня толпилась орава народу.

Светало. Означились кедров стволы.

— А кто вы такие? — спросила Мария.

— Мы племя пастушье и неба послы,

Пришли вознести Вам Обоим хвалы.

— Всем вместе нельзя. Подождите у входа.

Средь серой, как пепел, предутренней мглы

Топтались погонщики и овцеводы,

Ругались со всадниками пешеходы,

У выдолбленной водопойной колоды

Ревели верблюды, лягались ослы.

Светало. Рассвет, как пылинки золы,

Последние звезды сметал с небосвода.

И только волхвов из несметного сброда

Впустила Мария в отверстье скалы.

Он спал, весь сияющий, в яслях из дуба,

Как месяца луч в углубленье дупла.

Ему заменяли овчинную шубу

Ослиные губы и ноздри вола.

Стояли в тени, словно в сумраке хлева,

Шептались, едва подбирая слова.

Вдруг кто-то в потемках, немного налево

От яслей рукой отодвинул волхва,

И тот оглянулся: с порога на Деву,

Как гостья, смотрела звезда Рождества.

1947 г.

С сайта Семейной школы «Вифания»

*На обложке картина «Поклонение волхвов» художника Константина Сутягина.

Понравилась статья? Поделить с друзьями:
  • Это день рождения повод для веселья песня минусовка
  • Это праздник день рождения буланова скачать песню
  • Это вместо доброго утра
  • Это день рождения поздравления от семьи майя и маша детские песни
  • Этично ли поздравлять с прошедшим днем рождения